Христианство и мировое бабство. Часть 15

Не имеет никакого значения, чем реально занимался Адам в то время. Он мог общаться с Богом (получая очередные «вводные»), именовать очередную зверюшку (формируя тем самым свою нарождающуюся рациональность), собирать какие-нибудь плоды... Он мог вообще спать, есть, сидеть на горшке... Для нас принципиально то, что Адам посчитал это своё занятие важным и «крутым», а Еву с её «бабскими заморочками» - чем-то второстепенным. Ну мало ли с кем там базарит его «тёлка»? Всё путём, всё под контролем... Адам не просто расслабился, но отвлёкся от неё, он пренебрёг ею. И, следовательно - отвлёкся от всего мира (так как для связанного с Богом Адама его Ева была своего рода персонификацией всего тварного мира). Тем самым начал он всем этим миром пренебрегать. Типа, нужно помышлять о божественном, о Царствии Небесном, а мир - это всего лишь «трамплин», всё равно он должен сгореть. Спасайся, кто может! Так пренебрежение женщиной, гнушение сотворённым миром и духовное ослабление входят друг в друга и взаимно друг друга обуславливают. А мужчину превращают в бабу.

Смысл грехопадения Евы был в пренебрежении запретами. Смысл грехопадения Адама был в пренебрежении всем сотворённым миром, в гнушении теми ценностями, которые персонифицирует собою Ева.

Тот, кто полностью пренебрегает тварным миром во имя духовных ценностей, во имя собственного «спасения», совершает то же самое.

Адам пренебрёг Евой... Нет, не так. Он ослабил к ней духовное своё внимание, свою душевную заботу. И, как только он духовно расслабился, почил (слово это и означает «духовное расслабление»), то вся система «Ева-Адам-Люцифер-творение» стремительно покатилась к чёртовой бабушке. Это ведь была целостная система, как и всё вообще в том мире. «Страдает ли один орган, с ним страдают все органы». Да и вообще - все мы единое тело Христово, и потому не смеем противопоставлять себя другим. Когда расслабился Адам, то это тут же сказалось на Еве. Расслабилась Ева - и «схавала» плод. И пошлО, и пошлО... Вот он, корень зла. Вот куда уходит своими корнями проблема мирового бабства: в нашем, мужском эгоизме. С него-то всё и началось. Вот в чём провинились мы, мужики, перед женщинами, перед человеческой историей, перед Богом, и перед творением в целом, так как «каждая тварь покорилась суете не добровольно».

Ведь очевидно, что если в мире всё иерархично, то должна быть и самая крайняя, самая глубинная причина бабства - как женского, так и общечеловеческого. Так вот, повторяю: она - в мужском эгоизме. В нашем стремлении к почиванию, к духовной расслабленности. Ибо дальше, за мужчиной, идёт только Бог, а искать первопричину в Нём было бы уже сатанизмом. Впрочем, в этом последнем меня всё равно не преминут обвинить... Вон, позавчера пришло письмо: «чрез вас лукавый вещает не окрепшим умам, под соусом повести».

В своё время, когда «допетрил» я до этой «концепции мужского эгоизма», то почувствовал вдруг, как что-то внутри меня перевернулось. Будто бы щёлкнул некий выключатель. Я стал смотреть на мир совершенно другими глазами. Зрение стало каким-то другим - стереоскопическим, что ли... И многие проблемы, о которых часто говорят женщины, и которые ранее воспринимал совершенно абстрактно, вдруг представились в новом свете. Ваш автор стал гораздо лучше понимать женщин. Даже и общение с ними изменилось. Но самое интересное - вот уж никак не ожидал! - что сами женщины тоже учуяли эти изменения. На меня стали смотреть другими глазами. И не один раз даже довелось мне услышать фразу: «Ты понимаешь меня лучше, чем самая близкая подруга». Почему-то раньше таких вещей мне никогда не говорили... Но вернёмся всё же к Адаму.

Конечно, нельзя утверждать, что уже в раю Адамом обуревал классический мужской эгоизм в современном его виде - вовсе нет. Этот последний обрёл законченные свои формы уже после грехопадения. То описываемое явление, которое имело место у Адама, было своего рода прото-эгоизмом, как бы его прообразом или зародышем. Выражаясь языком диалектики Гегеля - его пред-бытием. Эгоизм имел некое пред-бытие, он не возник из ничего. Это пред-бытие в результате грехопадения перешло, преобразовалось в бытие. То есть диалектика их взаимоотношения такова, что мужской эгоизм не есть адамов первообраз в «снятом виде» (гегелевское aufheben). Скажем так: если у Адама его «прото-эгоизм» был лишь искушением и развитие его шло классическим путём (по великолепному учению Нила Сорского - «прилог»- «сочетание»- «сложение»- «пленение»), то после грехопадения он перешёл в другое качество и стал уже свойством, как бы преобразовался в него, стал эгоизмом собственно. Обрёл, так сказать, соответствующий ему «психический орган». Такова «диалектика» грехопадения - всё то, что было просто преодолимым искушением, превращается в свойство, как бы онтологизируется. Теперь его просто так уже не победишь... Впрочем, для начала мужчинам следует в нём себе признаться, так сказать, «отследить» его в себе.

Отсюда, от проблемы мужского эгоизма и райского его прообраза, кстати, было бы прикольно выйти на новый виток понимания и чисто психологического аспекта происшедшего грехопадения, и тех особенностей человеческой психики, где духовное переходит в психологическое и наоборот, и даже - к новому, богословски объяснённому пониманию мужского эгоизма... А может - отсюда можно было бы найти и способ, как с ним бороться, или, на худой конец, просто его осознать. Да и вообще - то, как стали отличаться те или иные человеческие свойства до и после грехопадения - предмет отдельного, весьма интересного исследования. Там ведь всё можно раскопать, в Ветхом Завете-то. Нужно просто заниматься этим, а не всецело помышлять о спасении. Тем самым вновь повторяя адамову ошибку.

Полностью зациклившись на любимом деле, и забывая о своей подруге, мужчина тем самым, как ни парадоксально, изменяет сам себе, становится духовно слабее. Да, это очень просто - полностью сосредоточившись на любимом деле, никого вокруг не замечать. А вот ты попробуй при этом не забывать и о Ней! Слабо?

Вот она, наша мужская сверхзадача. Вот что нужно нам выполнить. Вот что некоторые из нас недопонимают. Это убого - зациклиться полностью только на своём деле. Да, с тактической точки зрения это приятно, это греет душу - то, чего мы достигли сейчас, или ощущение собственного могущества, что вообще можем мы достигнуть. Мужчина начинает чувствовать себя вроде как победителем, ему, кроме того, зачастую кажется, что тем самым он оказался лучше, чем Она. Но с точки зрения стратегии это в корне порочно. Пытаясь быть «крутым», пренебрегая женщиной в каждой спорной ситуации, мужчина идёт по пути наименьшего сопротивления. Это слишком легко - каждый раз забывать обо всём, о близких и об окружающем мире. Такая «узкая специализация», с точки зрения теории эвристики, весьма неэффективна. Творческий, сильный и смелый человек - тот, кто идёт на риск, умея отвлекаться от вещей глобальных, и переключаться на второстепенные...

Каждый раз, пренебрегая женщиной, мужчина подвергает её искушениям. У женщины возникает соблазн самой начать решать серьёзные проблемы. А отсюда недалеко и до феминизма. Таким образом, мужчина постепенно формирует из своей подруги самовольное и неуправляемое существо, по сути дела сам способствует превращению её в вечно озлобленную стерву. Возникает порочный круг, когда мужчина всё более и более перестаёт ощущать её женщиной, а оттого всё больше начинает ею пренебрегать. А она тем временем всё более и более стервенеет.

Пренебрежение женщиной, недооценка великой её роли в развитии мироздания, в конечном счёте ведёт нас к обабиванию и падению. Нет, не так: к падению и последующему обабиванию. Что на самом деле и произошло. Мужики, учитесь ценить женщин! Учитесь нормальных женщин искать! Их ведь на самом деле так мало...

Мужской эгоизм есть разновидность бабства. Если мы сильнее женщин, если нам на самом деле больше дано - то на нас лежит и большая ответственность за превращение их в стерв. Если же такую ответственность мы не готовы нести - то нефига и строить из себя героев. Нужно просто начать во всём их слушаться... Тогда с нас и спроса никакого нет. Тот, кто сильнее - тот и отвечает.

Библия (а скорее - Вдохновивший её), тем своим умолчанием об Адаме вновь поставила человеческий дух перед выбором; незаметно для человека ему вновь подсунули новый «запретный плод». Ибо здесь способом ответа на вопрос «влёгкую» было пошлое обвинение во всём женщины. Человечество сожрало этот «плод обвинения», «плод» переноса вины, даже его не заметив. А ведь это было почти такое же грехопадение, но не в онтологии, а в духе.

Вкушение запретного плода автоматически изменило сознание Евы и Адама - оно приобрело черты вульгарного, тварного детерминизма. Когда причину переносят на что-то другое; когда свою вину перекладывают на других. Нетрудно видеть, что и классическое богословие, и христианское общественное сознание в целом сделало то же самое, только в духе. Собственно, речь идёт об аналогичном грехопадении, которое вновь совершило всё человечество в целом. Ведь как легко было заявить: это всё Ева виновата, «в пополаме» со змеем. Тем самым мышление общества, размышляющего о мире, о Боге, о рае и аде, оказалось ввергнуто в пучину подобного же животного детерминизма. Тем самым наше сознание получило на тысячелетия мощную инъекцию «слабости». Оно оказалось неспособно к важной роли объединяющего звена - между духовностью и бытием.

Библия не стала давать готовых решений, она изящно умолчала о степени вины Адама и Евы, но вновь предоставило нам свободу, то есть предложила человечеству решить эту проблему самостоятельно, исходя из его, человеческой, «испорченности». Ну человечество и решило. И лишний раз доказало своё бабство. И само - вот умора! - этого так и не просекло. Тот, кто обвиняет во всём баб, сам есть баба. А у неё, как вы знаете, с самоанализом и самокритикой всегда были проблемы...


<< Часть 14 << В раздел "Статьи" >> Часть 16 >>
 

Copyright @ by Lehach, 2009