Христианство и мировое бабство. Часть 12

Кстати, в Индии сейчас вовсю идёт процесс сакрализации их известного политика, «невинно убиенной» Индиры Ганди. На развилках дорог вкапывают такие поставцы с её портретами (на Руси в этих местах раньше ставили кресты с иконками). Многие индийцы, прикасаясь к этим портретам, получают чудесное исцеление... Да и нетленные мощи есть у «неверных» - и у йогов, и у буддистов. Когда в 2002 году открывали короб с нетленным телом Далай-ламы, то его мощи ещё как благоухали. И статуи языческие тоже вовсю мироточили.

Наличие подвижников и святых, факты многочисленных исцелений, знамений и чудес ещё не доказывает, что христианский народ (или, шире, всё христианское человечество) движется по верному, изначально установленному Иисусом, пути. Нужно взять и честно сознаться самим себе: да, мы не следуем заповедям Христовым. Не отдаём вторую рубашку неимущему, не отказываемся от роскоши, не уподобляемся Сыну Божию в образе жизни...

(Обратите внимание: в этом тексте не утверждается, что нужно отдавать вторую рубашку, и что все обязаны это делать. В обществе должна быть создана такая атмосфера, чтобы мы поняли, что это делать хорошо, что те, кто так делает - нормальные люди, и что мы этого почему-то не делаем. В обществе должна быть поддержана и другая система ценностей, противостоящая потребительской. Нормальное развитие нашего общества возможно только при взаимодействии двух идеологических составляющих, а не какой-либо одной, пусть даже самой правильной. Наличие двух идеологий не разобщает общество, если они - правильные идеологии. Именно наличие двух глаз создаёт у нас качественное зрение. «Зрение» наших граждан в смысле жизненных ценностей должно быть целостным, объёмным, то есть - стереоскопическим.)

Но почему бы не пойти ещё дальше, набраться смелости, и осознать, что мы ко всему прочему уклонились и от центральной линии развития. И, кстати, те же самые мироточивые слёзы на иконах могут быть связаны не с нашей общей или индивидуальной греховностью, не с отступлением от веры в эпоху тотального коммунизма, не с убийством батюшки-царя и нынешним его губительным отсутствием, и т.д., но именно с этим уклонением. Да и вообще с чем угодно. Всё остальное - наша интерпретация. И вообще: если благодать может передаваться через гомосексуалиста-архиерея, то почему чудеса не могут происходить у окончательно заблудшего народа? С чего взяли вообще, что они являются каким-то доказательством? Чудо есть просто чудо, всё остальное - интерпретация.

И Христос говорит об отношению к чуду открытым текстом: «Блаженны не видевшие, но уверовавшие». Само по себе наличие благодати не доказывает, что нужно обязательно освящать ту же дрянную вербу, пить святую воду, делать именно сорок земных поклонов в пост. Те женщины, которые вырывали тогда вербу из моих рук - ведь они причащались за полчаса до этого. И все чудеса мира, вся бездонная благодать ещё не доказывают, что мы, причащаясь в храме, являемся полноценными христианами. Ну да, мы приобщаемся к полноценной благодати - но не более того. А кому от этого хорошо? Мы что, берём после этого крест, отказываемся от своих родных и своего имущества, следуем за Христом? Короче, вспомните-ка пример с «разъятым» автомобилем...

Дело в том, что настоящая, подлинная, аутентичная благодать в нашем мире существует автономно, сама по себе, а жизненные цели (аспект нашей воли, нашей духовности), которые ставит перед собой индивид - сами по себе. Они оказались разъединены между собою. Упрощенно говоря, можно регулярно исповедываться, поститься, причащаться, вычитывать все молитвы - и оставаться дерьмом. Ну или - как бы это выразиться? - быть каким-то не очень привлекательным для неверующих. Нехорошим, что-ли...

Это разделение сознательной, деятельной, волевой - и духовной сторон нашего существа - тяжкое наследие грязных Адамовых делишек в раю. Изначально Адам был целостной личностью, это потом всё изменилось. Человеческая натура изначально имела возможность вот так «расслоиться», говоря языком современного психоанализа.

Результаты грехопадения Адама сказались куда глубже, чем думают иные, не очень дальновидные люди. Обратное восстановление человеческой натуры теперь не могло идти простейшим путём духовного усовершенствования, слёзных молитв, исполнения простейших обрядов, да чтения всяких умных книжек. Типа сидишь себе, да молишься, а вся твоя натура, как вагончик за паровозиком, автоматически улучшается да улучшается... Так, господа только бабы могут думать: соблюдай себе ритуалы, да всё как-то само собой и уладится. В таком случае самый смысл исполнения обрядов мгновенно извращается: он становится ширмою для нашего себялюбия. Задумывались ли вы, о искушённый читатель, что в этом смысле все бабы - извращенки? Для подлинного духовного роста нужно изменение всей своей жизни; нужны мощные волевые и сознательные усилия. Ибо наш дух - сам по себе, а рассудок и воля - сами по себе. И ежели двигаться по духовной стезе, то нужно постоянно приводить в соответствие одно с другим. За счёт этой «автономии» задача обратного восстановления человека в прежнем достоинстве многократно усложнялась.

Сотворивший мир и здесь подготовил нам очередную ловушку: не захотим ли мы заполучить все духовные дары христианства «влёгкую», в отрыве от жизненного подвига, то есть ничем за это не заплатив? Всегда есть соблазн выбрать из христианства одни ритуалы и по-бабски начать жить исключительно ими. И Бог как бы испытывал нас: пойдём ли мы по самому лёгкому (то есть - бабскому) пути, соблазнимся ли на этот запретный плод? Поддадимся ли соблазну профанировать самое ценное, что может у нас быть? Лёгкость получения благодати была ничем иным, как испытанием на нашу духовную силу, на наше мужество. Принимая этот великий дар, человечество выбирало, кем оно будет: твёрдым, сознательным, волевым, деятельным мужем, или бабой - мелочной, слабой, лукавой и поверхностной. И угадайте с трёх раз...

Вплотную занимаясь этой темой, нетрудно заметить отсутствие какого-то очень важного, существенного звена, соединяющего нашу волю, наше стремление взять настоящий крест - и благодать. В Евангелии указаний на это звено нет; отсутствует оно и в учении святых Отцов Церкви. Тем не менее, способ объединить духовную и волевую, деятельную составляющую христианства существует.

Обратим внимание на содержание самой последней молитвы Иисуса Христа, только что завершившего Тайную Вечерю и с минуты на минуту должного быть «повязанным» римскими «мусорами». Молитва была длинная - целая евангельская глава. И заканчивается она следующими словами: «Не о них же (Его учениках – прим. авт.) только молю, но и о верующих в Меня по слову их, да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, - да уверует мир, что Ты послал Меня. И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едины, как Мы едино. Я в них, и Ты во Мне; да будут совершены воедино, и да познает мир, что Ты послал Меня...». Обратите внимание: каждым предложением Иисус повторяет одно и то же прошение. Нельзя, чтобы случайно! Кстати, в греческом оригинале вместо «славы» идёт «догзан», что означает не только «славу», но ещё и «мнение, представление».

Честно говоря, текст этой молитвы не фигурирует в других Евангелиях, но это нормально, так как Иисус «взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна». Из всех евангелистов лишь Иоанн был с Христом на Елеонской горе, и натурально, только он доносит до нас полный текст молитвы. А Марк, приводя эти имена, наверняка завидует, что его не взяли. Как пить дать. В данном случае точность является не «вежливостью королей», но свидетельством, даже скорее намёком, на подспудное отношение самого Марка к событию. Видите: уже среди учеников Христа появляются зависть и разделение.

Иисус молился о том, чтобы первые христиане составляли единое социальное целое. Тем недостающим звеном, которое должно было соединить нашу волю и духовность - было наше сознание и связанный с ним механизм социального наследования. Грубо говоря, в целом обществе изначально должна была воссоздаться такая атмосфера, которая бы ориентировала человека на духовный подвиг, на некую совместную деятельность с другими христианами и со Христом, а не на пошлое потребление. Люди должны были с молоком матери впитать идею, что они составляют между собою одно неразделимое целое; она должна была стать их базовым инстинктом, «пятым элементом» человеческого бытия: «... дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены. И вы - тело Христово, а порознь - члены» - пишет апостол Павел.

Итак, внутреннее, сущностное, глубинное единство первой христианской «партийной ячейки» и должно было обеспечить «приток новых кадров». Эта христианская «стволовая клеточка» должна была оказаться точкой роста, из которой развилась бы целостная, органическая, единая система завтрашнего дня - всё христианское человечество. Но первые христиане своими бесконечными склоками, амбициями да выяснениями, лишь оттолкнули большинство иноверных. Самое же поганое, что своей грубой и неумелой пропагандой они оттолкнули от себя и большую часть иудеев.

Христианство - оно прямо как социализм. Знающие люди говорили, что невозможно построить социализм в одной, отдельно взятой стране. Конкуренция со стороны мощного западного производителя не позволит. Точно так же и культивирование подлинного, органично присущего, христианского отношения к другому человеку возможно только тогда, когда это принято у всех окружающих. Конечно, и у одного человека можно попробовать - титаническим, волевым усилием. Но в этом случае всё неизбежно окончится провалом (если, конечно, наш «подопытный» - не святой).


<< Часть 11 << В раздел "Статьи" >> Часть 13 >>
 

Copyright @ by Lehach, 2009