Христианство и мировое бабство. Часть 1

Все чередой идет определенной,
Всему пора, всему свой миг;
Смешон и ветреный старик,
Смешон и юноша степенный.
Пока живется нам, живи,
Гуляй в мое воспоминанье;
Молись и Вакху и любви
И черни презирай ревнивое роптанье;
Она не ведает, что дружно можно жить
С Киферой, с портиком, и с книгой, и с бокалом;
Что ум высокий можно скрыть
Безумной шалости под легким покрывалом.

Пушкин


Читать данную работу следует лишь тем, кто имеет некоторое представление о христианстве и хотя бы пару раз полностью, от начала и до конца, прочитал Библию. Всем остальным не советую тратить время (и в первую очередь - «воцерковленным православным»).

Сейчас вы узнаете о том пласте мирового бабства, о котором, окромя меня, никто, может, и не напишет. Упаси вас Бог испытать такое, когда жена ваша слушается в первую очередь не вас, но своего духовника (или учителя, или как там они в данной «конторе» называются). Я через эти ужасы лично прошёл, и сделал интересный вывод. Женщина, слушающаяся в первую очередь своего духовника, на самом деле просто использует его как ширму для прикрытия собственного бабского своеволия. Она не хочет что-то делать, что предлагает совершить её муж, и теперь у неё есть другой, «альтернативный» авторитет - причём его образ освящён тысячелетней традицией послушания духовнику, да и Церкви в целом - в то время, как законный муж оказывается ничем не освящён окромя многочисленных пороков... И теперь она начинает брать своего духовника измором - мол, батюшка, вот просто не могу сделать то, что мне муж говорит, и всё тут. Духовник, опасаясь, что прихожанка «соблазнится» (то есть вообще обозлится на его непреклонность и вовсе перестанет ходить в церковь), в конце концов благословляет всё, ею просимое... Зрелище, как бабы вертят священнослужителями, причём совершенно неосознанно для этих последних, производит на внешнего наблюдателя впечатление самое сильное. Разумеется, чтобы отследить весь порочный этот механизм, нужно глубоко погрузиться в благочестивую христианскую жизнь, а потом оттуда ещё и вынырнуть...

Но всё же самое тошнотворное - это торжествующая физиономия бабы (бабское торжество всегда почему-то очень тошнотворно выглядит), когда она смело и решительно посылает вас теперь нафиг, ссылаясь на волю своего духовника, который зачастую (если речь идёт о иеромонахе), и женат-то никогда не был, а стало быть, не вполне «владеет темой» - не понимает некоторых тонкостей взаимоотношений с тёщей, зависимости от тестя, «бывших друзей» жены, проблему выбора подарка, разделения семейных обязанностей, и так далее и тому подобное. В этой сложной и запутанной области монашескому смирению вообще нечего делать, и мне пришлось убедиться в этом на собственном горьком опыте... В дальнейшем во всех спорных ситуациях жена, тем не менее, сразу же обещает сначала выспросить разрешение у него. Здесь мужик начинает ощущать себя никем, а духовника - всем.

Духовник же так и не осознаёт, что оказывается пешкой в грязной бабской игре (бабская игра, как правило, всегда исключительно грязная, иной они и не ведут). И это так потому, что во многих случаях он - иеромонах, который с женщиной никогда не жил (живут они, как правило, с мужчинами). Эх, говорил же мне диакон отец Борис: «Семейному человеку ни в коем случае нельзя исповедоваться у иеромонаха. Разве он что понимает в нашей жизни? Разве у него была тёща?»... А я тогда его не послушал, будучи уверенным, что иеромонах «всё понимает» в силу его «духовной чистоты». Как же, понимает! Благословивши меня на законное венчание (и даже на нём настояв) этот умник первым же и устранился, когда у нас начались проблемы. Не сделал ни единого шага, чтобы повлиять на мою «благоверную». Да и вообще молчаливо потворствовал всё более распоясывавшейся бабе...

Женщине вообще духовных наставников не следует иметь. Самым главным наставником её должен быть муж: «Потому что муж есть глава жены». И нужно найти себе такого мужчину, чтобы признавать его быть достойным наставничества, и, приняв однажды решение быть с ним, не ударяться потом во всякие там «сумления». Так вот, по поводу нашей монашки: обязательно нужно повыспросить, есть ли у неё постоянный духовник? Может, она ходит в церковь исключительно за кампанию со своей мамочкой или подругой (что ни говори, у женщин так чаще всего и бывает).

Если вы на такой женитесь, то гарантированно никогда не найдёте общего языка и в плане воспитания детей. Тут вы услышите полную чушь: типа учебный год нужно начинать не со своевременного прихода в школу и занятия там места на первой парте, но с чтения молитв и пения тропарей (с чем вплотную столкнулся мой ребёнок в начале этого года, когда из-за длинных молитв он опоздал и занял самое плохое место в классе). Далее. Лучшее лекарство от болезни - это причастие, да и вообще нужно причащать самых юных младенцев, дабы в них не «прорастали грехи». Почему-то исторический опыт не учит этих людей, что сколько прежних поколений ни причащало своих младенцев - даже самое элементарное любостяжание так и не удалось искоренить (все «воцерковленные» православные по своей натуре отличаются прижимистостью исключительной)... Не удалось искоренить даже и пошлое обрядоверие... А значит, методология была неверна, и нужно было что-то модифицировать. Например, вместо буквы переключиться на дух...

Впрочем, до детей в моём случае не доходило. Все православные начинали разговор с одного и того же вопроса: состоял ли я в венчанном браке? Разумеется, я ответствовал, что да, причём не в одном, а сразу в четырёх. На недоуменный вопрос - а как это возможно? - отвечал, что это потому, что по натуре я гетеросексуал и одновременно являюсь миньоном одного влиятельного архиерея. Здесь автор, обыкновенно, сразу чувствовал себя гоголевским Ноздрёвым, и подобно ему, начинал «нести такую околесину, которая не только не имела никакого подобия правды, но даже просто ни на что не имела подобия». Как правило, тут будущие матушки и вешали трубку.

Обычно же с такой тёткой исключительно трудно общаться даже вначале - сознание её полностью заполнено специфической кашей, состоящей из отрывков богословских и философских идей, отдельных фраз, слышанных ею от духовника, и самое главное - тем, что «говорили женщины в храме», ею посещаемом (Чехов помирал над этим женским вывертом - «одна баба сказала»). Заквашено всё это на простонародных традициях и идущих от Византийской эпохи предрассудков, гордо преподносимых христианским сообществом в виде «Священного Предания». Одно освящение самых разных предметов - воды, яблок, мёда, орехов, свечек, масла, яиц, пирожков, просфорок, автомобилей, полотна, и даже соли чего стоит! Слышали ль вы про «четверговую соль»? Ну, ещё услышите... В большом требнике есть даже особая «молитва, еже благословити сыр и яица». А крошечные пирамидки из творога, которые называют «пасхами» - видели бы вы, с каким серьёзным видом все христианки их освящают! Вам не попадалась в метро верующая тётка, старательно крестящая место, прежде чем сесть? - Между тем, вся христианская церковь и есть такая тётка.

Ещё нам предстоит услышать, что все иноверные - еретики, обреченные геенне огненной, поскольку в своей жестоковыйности не желают примыкать к истинной вере. Самое трогательное во всём этом то, что подлинного следования заповедям Христа мы здесь так и не увидим. Да мы и нигде не увидим его... Никто не собирается отдавать вторую рубашку неимущему. Совсем наоборот. Если, например, у православной матушки трое детей, то ей просто необходим автомобиль в семье - возить детишек в воскресенье на службу, а также к родителям (слова Христа, что нужно оставить отца и мать, и что «враги человеку домашние его» давно позабыты). Одно, изволите видеть, вытекает из другого и нестяжание тут вообще ни при чём. Это, видите ли, жизненная необходимость.

Бывает и так, что во имя пущего своего комфорта православные начинают сдирать с неимущего и последнюю рубашку (как, к примеру, поступала моя некогда «бывшая» «любовью до гроба» в самые тяжёлые для меня годы после развода). Нетрудно видеть, что эти добрые по своему люди попросту выбирают из вероучения то, что им удобнее всего выполнять, а именно - ритуалы, никого и ни к чему не обязывающие, и личного благосостояния нисколько не умаляющие. При этом заявляется, что благодать Божия (она, впрочем, и на самом деле существует - это проверено) постепенно, эволюционным путём, сама по себе и причём без каких-либо сознательно-волевых усилий со стороны индивида «преодолеет чин его падшего естества» (столь же наивно предполагать, что и само христианство постепенно преобразует человечество). Типа, достаточно просто соблюдать обряды - освящать воду и вербу, помазываться на всенощной, собороваться в пост и прочее, прочее, прочее... Ну, ещё причащаться и исповедоваться, причём на общей исповеди, «оптом»... Как правило, женщины не понимают религию в более глубоком смысле...

Скорее всего, именно они вдохновили христиан на типично гальперинскую идею, что регулярно повторяемая одними устами молитва постепенно «интериоризуется» (употребляя терминологию П.Я.Гальперина) в самое сердце, где постепенно и начнёт совершаться сама собою, станет типа умной... полностью человека преобразит... Да, это правда - но лишь для немногих избранных; тех, кому уже дано - «Кто имеет, тому дано будет и приумножится; а кто не имеет, у того отнимется и то, что он имеет». Этот опыт, годный лишь для единиц, тем не менее, был неправомерно перенесён на самые широкие массы рядовых христиан, живущих одним потреблением, и жизненно нуждающихся в оправдании, успокоении совести и вообще освящении такого образа жизни. Угадайте, как массы всё это восприняли и интерпретировали?


  В раздел "Статьи" >> Часть 2 >>
 

Copyright @ by Lehach, 2009